Свадьба Кионы и Ачака

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Свадьба Кионы и Ачака > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Вчера — вторник, 18 декабря 2018 г.
ingrid.jpeg qwertyh8 19:59:02
ага плохо настолько что заставляю страдать свою любимую персонажку
­­
20:04:38 Богиня Виктория
Красиво...
20:08:22 qwertyh8
uwu спасибо
20:13:36 Богиня Виктория
П можно историю перса? Может мини-Фик или целый фик)) ну и или хотя бы Артики или зарисовочки
БУКВЫ 2015 | © Killzero 19:57:49
Препарируем душу, рассмотрим уродство.
Экспонат иссушен и устроен просто.
Разгибаем рёбра грудной клетки.
На то, что ломаются, как мёртвые ветки,
внимания не обращаем. Продолжаем.

Вот в сердце чёрном посторонний предмет.
Без него этой мышцы как бы нет.
Извлекаем. Смотрим. Что это такое?
А это, коллеги, любовь…
мда… Смешно, банально. Выбрасываем.

Работаем дальше. Скальпелем в душу
где-то рядом с сердцем, которое разрушено.
Сжимаем смело, подключаем проводки.
На доске мелом интересные сводки запишем.

Тихо! Что такое? Объект плачет.
Сразу всё видно — душонка неудачника. Ха-ха!
(Слегка язвительный оффтоп. Ведь сейчас не об этом речь. Извините.)

Итак, душу пытаем электричеством.
Даём разрядов максимальное количество.
Смотрим, и почерк в журнале росчерком:
«Дыхание слышно, но слабо очень.»

Если напрягаться, то можно услышать.
Странно, но ЭТО всё ещё дышит.
Вроде непорядочек. Но забавно.
Значит, можно продолжить. Славно!

Ещё добавим несколько вольт.
Сталью приправим химической.
Аккуратно коллега уколет иглой
прямо в эпи центр электричества.
И будем продолжать наблюдать. Опять.

Клац! Клац! Тянем-потянем.
Надоело ждать. Давайте быстрее!
Одним рывком. Смело и смелее!
Железной рукой, окровавленной буквами.

Смотрите-ка! Рвётся обратно в тело душа,
нарушая анатомию.
Смешной искрящийся ужасом сгусток,
вырванный из тела без боя.

Соблаговолим, пожалуй, сделаем милость,
запихнём обратно под сломанные рёбра то,
что коллективно выдрали с болью оттуда.
Кому-то больно, а нам приятно…

Ну что, коллеги, здесь всё понятно.
Без апелляции вердикт: душа эксцентрическая и невнятная
и нас она не победит.
Никогда.

На этом и порешили.
Сложили обратно, как сумели. Зашили.
Руки от греха отмыли и маршем в буфет, господа.
Заслужили.

Категории: Буквализм
23:13:34 soль
вот это я унесу себе буду перечитывать потому что здесь у твоих слов возникает новая нота. этого звучания не было в более ранних рифмах. и этого звучания нет сейчас в нерифмованных разговорах.
[Кратко о Наутилусах] Scary Ned 14:35:57
Помниться мне, от тоски, я взяла гитару. На очередной сходке мне было очень грустно. Не потому что там было хреново и прочее, просто компания это не моё.
Так вот, сыграла я "Прогулки по воде" и им понравилось. Я не выступала клоуном или развлекаловкой. Просто трёхминутное излитие чувств.
Так вот, в чём суть.
Дело в том, что в последнее время что в зарубежной музыке, что в нашей, выпускается кал. (Посылать на детородный орган тех кто скажет: да ты ничего не понимаешь. Нет, чувак, это ты не понимаешь и не тебе меня учить.)
Особенную ненависть я испытываю к Imagine Dragons. При их прослушивании мне становиться реально плохо. Кроме песни Demons. Всё остальное это какое-то дерьмище.
Про остальные жанры музыки я говорить не буду, ибо и так понятно.
В общем, вылила какашки на то что не нравится. Такая уж людская натура с:
2546 чмочтоли 14:32:44
Создаём в своём дневнике запись. Заваливаемся на сайт -
http://freegenerato­r.ru/citat, где выпадают
случайные цитаты. Копируем вот это:
И заполняем именно теми случайными цитатами.


Подробнее…
Обо мне:

Богатство и удовольствие не всегда супруги.

(эм)

О жизни:
Людям не дано избегнуть своей судьбы, даже когда они предвидят ее.
(че)

О будущем:
Способность успешно обходиться без незаурядного лидера есть признак здорового общества.

(хмммм, что-то тут есть...)

О врагах:
Добрыми делами можно навлечь на себя ненависть так же, как и дурными.

(больше не буду добряком)

О друзьях:
За нашу леность нас карают не только наши неудачи, но и удачи других.

Про сегодняшний день:

Пессимизм не побеждал ни в одном сражении.

(у меня побеждает всегда и пох. хд)

Про завтрашний день:
Заядлый курильщик, вновь и вновь читающий об опасности курения для своего здоровья, обычно в большинстве случаев перестает - читать.

Про мой характер:
Нужно уметь выбирать: нельзя одновременно требовать и денег, и сочувствия.

(хм)

Кредо:
За идеалы можно жертвовать только собой, но не другими.

Отношения:
Вместо того чтобы разумом освещать и направлять свою жизнь, мы наваливаем на себя множество посторонних забот.




Категории: Скука
моя жизнь замужем Маринетт Дюпен 14:04:05
 В тот день я и подруга Аля собирались в кино, но вдруг Аля сказала, что Нино заболел, и ей пришлось остаться с ним. Я, конечно, отпустила подругу, но мне не хотелось идти в кино одной. И я набрала номер Хлои. Мы сдружись после того, как её родители погибли в Авиакатострофе. Хлоя жила в отеле Гранд–Пари. Как– то я предлагала Хлое жить у себя, но та сказала, что хочет побыть одна. И это продалжается уже пять лет. Я вышла замуж и жду ребенка, а Хлоя до сих пор лечится от депрессии. Я, конечно же, позвонила Хлое, но трубку взял какой– то парень, и я узнала в нем Луку, своего бывшего парня. Я попросила позвать к телефону Хлою, и он послушно передал его ей. Хлоя согласилась пойти в кино, но в четвером( тоесть, Я–Адриан, Хлоя–Лука), но я сказала, что Адриан уехал в комондировку на несколько месяцев, и вернется только зимой. Хлое, конечго же, стало жалко меня, и мы пошли в кино в двоем, без Луки. Фильм мы выбирали очень долго, в итоге выбрали фильм
«Притяжение ». Хлое очень понравился парень Юли, а я сказала, что он эгоист.Но Хлое было все равно, потому что он напоминал ей Луку. Такой же милый и обаятельный, и в тоже время дерзкий и решительный.()
Хлою после кино встретил Лука, но я с ним даже не поздоровалась. Хлоя пригласила меня в гости, но я отказалась, сославшись на свое положение. Спустя несколько месяцев вернулся Адриан, и заметил, что я плакала. Он спросил
– Любимая, что случилось?
– Милый, у нас не будет ребенка. У меня был выкидыш.
И я снова начала плакать. Адриан принялся меня успокаивать. Потом пришли Аля, Нино, Хлоя и Лука. И они начали праздновать возвращение Адриана, потому что его не было в городе целых пять месяцев. После Хлоя и Лука ушли потому что им надо было готовиться к свадьбе. Аля и Нино тоже ушли, потому что у них была маленькая дочь, которая была со своей тётей. И им нужно было её забрать.И вот, я и Адриан остались одни. Нам было что обсудить.
На следующее утро Адриан, как обычно, уехаб на работу, а я осталась дома одна и начала готовить себе завтрак. Через несколько часов мне позвонили. Я посмотрела на дисплей телефона и увидела там номер Луки.
– Привет, Маринетт.
– Привет.
–Ты не занята? Можешь говорить?
– Раньше тебя это не останавливало. Чего хотел?
–Да так. Хотел предложить встретиться, если конечно ты не против. Это на счет Хлои.
– А что, с ней что–то не так?
– Это не телефонный разговор. Ты придешь?
– Ой, ну куда же я денусь.Конечно приду, Лука. До встречи.
– До встречи.
Через час я уже ждала Луку в парке. Он пришел чуть позже. Вид у него был, так сказать, не ахти.
– Привет, Мари.
– Привет, коль не шутишь.
– Да какие уж тут шутки, Маринетт, мне даже шутить неохота.
– Лука, что случилось? Что–то с Хлоей?
–Да. Она уже места себе не находит. Хлоя узнала, что беременна и не знает, что ей делать. Она никого не хочет видеть, кроме тебя и Адриана, так как он ее брат.
–ЧТО! Он ее брат, а я об этом не знаю? Ну зашибись!Ой.
– С тобой все в порядке? Что такое?
–Мне надо позвонить Адриану.Я отойду.
Уйдя на несколько метров, я набрала номер Адриана.
–Алло, Адриан.
–Да, милая. Что–то случилось?
–Да. Кажется, у меня отошли воды.
–Твою мать!Я скоро буду, ты где сейчас находишься?
–Милый, я сейчас в парке, на главной аллее.
–Хорошо, скоро буду. Держись...
– Адриан, Адриан.
Мне стало еще хуже.
Я потеряла сознание. Когда я очнулась, то была уже в роддоме. Адриан, как обычно был рядом.
–С добрым утром, милая.
–Где я, что случилось?
–Тебе стало плохо, ты потеряла сознание. Мы с тобой чуть не потеряли ребенка. Снова. Но все обошлось.
–Как же я рада, что всё хорошо.
–Ты опять плачешь.
Ой, извини.
Он поцеловал меня и ушел заполнять какие–то бумаги.А я , как обычно, осталась одна, но через пол часа пришли Хлоя и Лука, чтобы обсудить положение Хлои. Она немного успакоилась, но все еще ее терзали сомнения, но Хлоя пообещала позвонить, если я ей понадоблюсь.Через две неделю я вернулась домой вместе со своим сыном Эдвардом. Адриан прямо сиял от счастья, что у него есть сын.Прошло семь лет. Мы не стали нанимать Эдварду учителей на дом, а отдали его в школу.
Просто мы хотим, чтобы Эдвард вырос в кругу близких друзей. Он подружился с дочкой Али и Нино, Беллой Ляйф. А Хлоя и Лука своему сыну Джейкобу наняли кучу репетитотов, чтобы хотя бы несколько лет потерпеть, а потом сразу в пятый класс.
14:05:02 Сongratulator
Привет, Маринетт Дюпен! Классно, что твой дневник появился на BeOn! Приятно видеть новые лица :)­ Если будут появляться вопросы - все ответы в хелпе http://beon.ru/help­/ ! :)­ А если вопросы останутся - задавай, не стесняйся, в сообществе...
еще...
Привет, Маринетт Дюпен!

Классно, что твой дневник появился на BeOn! Приятно видеть новые лица :)­ Если будут появляться вопросы - все ответы в хелпе http://beon.ru/help­/ ! :)­ А если вопросы останутся - задавай, не стесняйся, в сообществе http://support.beon­.ru/ .

Дневник - это отличная возможность поделиться со всеми своими мыслями, идеями, новостями. Так что смело пиши сюда всё, что пожелаешь! Но помни и про других пользователей! :)­

Если хочешь украсить свой дневник, добавь в него свою фотографию http://beon.ru/p/ma­nage_photo.cgi, напиши пару строк о себе/заполни заголовок и подзаголовок http://beon.ru/p/re­gister.cgi#blog: так читать его станет гораздо интереснее. Ведь твой дневник - отражение твоей индивидуальности.

Когда у тебя на сайте появятся друзья (а они обязательно появятся), смело добавляй их в "список друзей" (просто нажми на плюсик рядом с их именем). Тогда их дневниковые записи будет отображаться у тебя как "записи друзей" http://dorganova.be­on.ru/friends/ и тебе будет удобнее их читать.

Не забудь в своём профиле http://beon.ru/p/re­gister.cgi указать, где ты живёшь. В специальном разделе http://beon.ru/near­-me/ можно посмотреть, кто живёт рядом с тобой.

А если на BeOn тебе с кем-то не захочется общаться (ну, мало ли...), просто добавь их в игнор-лист (рядом с именем нажми на минус). Тогда, даже если они будут продолжать писать комментарии в твой дневник, ты просто не будешь их видеть. Ведь для задир самое больное - когда их не замечают.

Если будет время, укажи в профиле свой день рождения и тогда твои друзья смогут тебя с ним поздравить.

Желаю удачи!

P.S.
Извини, что этот комментарий - оффтопик к твоей теме :)­ Можешь удалить его, или через некоторое время он пропадёт сам.
15:06:47 KatanaOfDeath
Ты настоящая Маринетт???????????­????????????????????­?
f***ing life Цeз 13:15:07
<<Во мне умер романтик...>>

­­

Я никогда не была романтичной. Свои чувства я не показывала в полной мере. Не любила и не люблю телячьи нежности. Чтобы обнять меня, нужно изловчиться, а ещё быть быстрым, чтобы вовремя съебаться.
Но я помню несколько моментов из жизни, которые греют меня изнутри. Мне так нравится вспоминать их и так больно.
...
Подробнее…Это был далёкий 2010 год. Мне удалось выиграть местечко в программе "Мы Россияне". Опустим все моменты, а поговори о главном. Путь назад из Москвы, мы проводили в поезде. Боковые полки. Тогда я дико понравилась мальчику и он проявлял знаки внимания всю поездку. И я ответила взаимностью, за несколько дней до отъезда. Ночной поезд, за окном мелькают огни городов и станций. Идёт дождь и окна покрылись каплями. Я лежу на своей верхней полке и смотрю как бегут темные деревья. Рука свисает между кроватью и стеной. Он держит за пальцы, нежно гладит руку и читает стихи полушепотом, но мне все слышно. По приезду мы потеряли друг друга, и больше никогда не виделись.
...
Проходит время, первая любовь, первые отношения. Он ждал меня после уроков и часто провожал до дома. Он привил любовь к року и научил играть на гитаре.
Мы идём после школы и о чем-то говорим,мы любили разговаривать. Он ведёт меня в старый заброшенный лагерь в центре города. Четвёртый этаж, открывается вид на город. Он обнимает сзади, целует в макушку и говорит о снах. Строит планы о наших отношениях. Провожает до дома, нежно целует и уходит.
Через пару недель, звонок на телефон. Он просит выйти. Я выхожу и вижу цветы. Мои первые цветы от любимого человека. Прогулки до позднего вечера. Его куртка на плечах. И наша песня. Его поддержка на концертах. Ведь я благодаря ему начала петь и выступать. А потом болезненный разрыв. Слёзы и злоба на мир.
...
Проходят года, я в отношениях с плохим парнем. На улице ливень, а мы в тёплой квартире, в обнимку. Я предлагаю пойти погулять и он согласен. Мы идём, мокрые насквозь, но счастливые. На следующий день я прихожу к нему, чувствую себя не очень, но это не главное. И внезапно я плюхаюсь в полуобморочном состоянии. Он обнимает меня, а я вся горю. Температура под 39. Постель, тёплое одеяло, холодное полотенце на лоб. Я в бреду, но помню как он приносит куриный бульон. Я никогда не ела ничего вкусней. Спустя пару часов мне лучше, он несёт меня домой. Спустя время, разрыв отношений и моя злоба крепчала сильней.
...
Мне 19. Озлобленная на всех и вся,ненавидящая все живое и тут появляется он. Прогулки по городу, стихи, рассказы. Цветы, что дороги были сердцу. До нового года, пару часов. Стук в дверь, он на пороге с большой и красивой коробкой и игрушкой. Я радуюсь как ребёнок и ещё больше эмоций, когда понимаю что это то, о чем я мечтала. Я целую его, благодарю и жду в новогоднюю ночь. Ради меня он бросает свой пост на кпп и идёт ко мне. Мы проводим новогоднюю ночь вместе.
Мой двадцатый день рождения. В ночной суматохе, в подвыпитом состоянии я иду к нему. Он встречает меня с улыбкой, несёт из комнаты цветы и конфеты. Мы лежим и смотрим мультик, заедая все пиццей и колой.
Медвежонок на 14 февраля, он так мне мил и дорог. Он знает что я люблю.
Время идёт, разрыв отношений. Он ушёл по-английски. Я и не страдала. Было просто неприятно.
...
Леса сменяются огнями городов. Ночь во всю окутала улицы. Там за стенами вагона, холодно, а в стенах тепло и уютно. Поезд останавливается. Я схожу с вагона, мне помогают спустить сумку. И я вижу его. Того, ради кого я бросила все. Цветы, не любимые, но приятно. И поцелуй, жаркий и долгий. Первый поцелуй. Мы идём домой, и что бы не было неловких пауз, он говорит. Дом, милый дом. Остывшая пицца, но такая вкусная. Мы ложимся спать, впервые за пол года отношений, вместе. Тепло его тела и я счастлива.
...
Мимолетный взгляд. Он обычный, такие же как и все, но зацепил. Он поцеловал меня, сам, я и не просила. Целуя руки, предплечья,он дарил нежность, а я сходила с ума.
Время спустя, он обнимает меня и кладет меня на свою грудь. Тепло, слышу биение сердца. Хочу уйти, но не могу. Сладко приторный поцелуй. Схожу с ума.
Скоро день города, открыли фонтан. И я как малое дитя, бегу туда, смотреть на огни и воду. И он тоже там. Внезапная встреча. Он мокрый насквозь, но стоит улыбается. У меня время на исходе. Нужно бежать домой. Он провожает меня. Идём по тёмным улочкам, о чем-то говорим и вроде неважно. Вспоминаю песню, говорю ему и она стала нашей.
Пару дней спустя, прошу прогуляться со мной. Он идёт. Мы гуляем по ночному городу,
говорим ни о чем и обо всем. Смотрю на него, а он внезапно тянет меня к себе. Чуть в яму не упала, спас. Берёт за руку и мы идём под светом фонарей, в ночной тишине. Пол ночи провели за разговорами и вроде говорили о ерунде, но расставаться не хотелось.
Еще несколько дней спустя. Я вытаскиваю его гулять. Тот же маршрут, но что-то меняется. Он ведёт меня по темноте, держа за руку. На миг мне даже стало страшно. Приходим на мост. Журчит ручей, стрекочат насекомые. И мы стоим вдвоём, снова разговоры ни о чем. Притягиваю его к себе. Целует в лоб. Прижимаюсь к его груди. Мне спокойно, мне хорошо и тепло. Невольно улыбаюсь. Гуляли до поздней ночи. Решил пройтись по парапету, чуть не упал. Я встала, закрыла лицо руками, чувствую что обнял и к себе прижимает,по волосам гладит. Схожу вновь с ума от этой нежности.
Болезненный разрыв. Истерики, депрессии и снова злоба на весь мир, на него, на себя.
До сих пор скучаю по воспоминаниям, до сих пор больно слушать песни, до сих пор жду сообщений.
Наивная, глупая.


Категории: Мысли в слух, Черным по белому
Пятеро Некто без имени 12:35:24

Однажды нас было пятеро.
Нам всем было 15-17 лет, мы воображали себя чародейками (с именами можно запутаться, так что буду называть по стихиям: я - вода, Земля, Огонь, Воздух и Квинтэссенция, хех). Трое из нас учились в одном классе: я, Огонь и Воздух, Земля училась на параллели, а Квинтэссенция на 2 класса старше.
Через некоторое время, когда большая часть из нас выпустилась после 9 класса. У Огня в колледже появились сперва знакомые, а затем и друзья. Одна из друзей Огня начала встречаться с Землёй, и поставила перед ней выбор: или она, её девушка, или мы, ее лучшие друзья и команда. Земля выбрала ее. Так нас стало четверо.
Постепенно Огонь тоже стала отдаляться. Все реже гуляла с нами и почти не писала в беседу. Так нас стало трое, но с Огнём мы остались хорошими знакомыми.
Однажды на прогулке Воздух встретила парня и влюбилась в него. У них завязалась любовь, крепкая до боли. Он читал ее переписки с нами, встревал в разговоры и планировал ее будущую жизнь, говорил, что увезет ее из города. Воздух была моим соулмейтом, не в любовном, а в дружеском плане (мы даже жили вместе, нам было легко и комфортно вместе). И очень скоро он сдержал обещание: забрал ее у меня. Так нас осталось двое, я и Квинтэссенция.
Квинтэссенция поехала на выходные в соседний город к подруге и встретила там парня. Влюбилась. Встречаются. Она собирается переехать к нему.
Так я останусь одна.
Никто из моих лучших подруг не спрашивал о моих чувствах. Звучит эгоистично, может быть. Когда они уходили, я искренне пыталась желала им счастья, но мне становилось больнее каждый раз.
Все таки у меня есть хорошие знакомые, но таких сильных дружественных чувств уже никогда не было.

Конечно, иногды мы пытаемся вернуть все, но, видимо, никто кроме меня к этому не стремится. Выбор был сделан.
У всех появились новые жизни, а я будто зацикливаюсь на прошлом и не понимаю, как дальше жить без тех, кого я считала своей семьёй.­­
12:48:26 Piros.Last Queen of Inferno.
Это такая грустная история. Я понимаю, что я не в тему со своими чувствами, но моя близкая подруга тоже живет в другом городе и у нее есть парень, и я чувствую, себя не в своей тарелке. Мы немножко отдалились друг от друга как друзья. Недавно она сказала мне, чтобы я занялась своей жизнью, и не...
еще...
Это такая грустная история. Я понимаю, что я не в тему со своими чувствами, но моя близкая подруга тоже живет в другом городе и у нее есть парень, и я чувствую, себя не в своей тарелке. Мы немножко отдалились друг от друга как друзья. Недавно она сказала мне, чтобы я занялась своей жизнью, и не лезла в ее сейчас. Это так обидно.
12:48:59 Piros.Last Queen of Inferno.
Держись пожалуйста, не раскисай совсем, хоть я понимаю, что это очень сложно
12:55:59 Некто без имени
Спасибо за твои слова (;>_<;) Никому не пожелаю такой же ситуации, это действительно очень... стремно, и вводит в "кризис" дружбы и одиночества
13:24:29 Piros.Last Queen of Inferno.
Да, словно мир рушиться... Потому что ты думал, что перемены будут, но вы будете вместе, но так не всегда выходит.
Обыденность. Mr Никто 06:32:09
Ненавижу это. Я знаю,как выйти из жопы. Я могу поставить четкие цели и идти по намеченному, я могу делать сто дел одновременно. Мне просто обидно. Обидно,что это делаю я. Что это не ты меня ведёшь, а я. Мы не вместе хотим перемен, а я. Это не мы мечтаем о своей квартире,а я. Это не мы собрались расписаться и завести ребенка,а я. Ты просто уверен,что я сильная. Я могу сама. Тебе не нужно напрягаться,ведь все сделаю я. Всё идёт к тому,что к 30 я останусь одна, с ребенком,ипотекой и гребанным кредитом за тачку. Сейчас мы начнем все "вместе", выйдем на стабильность, возьмём ипотеку,тачку в кредит,я сдам на права,заведем ребенка,ты продолжишь опираться только на меня,я подам на развод, крича,что нужно было бежать ещё в ЗАГСе... страшный сон. Одно из моих продолжений. Моя борьба ничего не значит- это обыденность. Мои слезы по вечерам- тоже.
Позавчера — понедельник, 17 декабря 2018 г.
— maybe that's why we try; white rаbbit 08:14:33

Your magic white rabbit

­­­­­­­­­­

­­
Переезд был очень трудным, как морально так и физически, поскольку по какой-то причине мы не стали нанимать грузчиков [???], а доверили вещи нашему микро-автобусу
Все вещи пришлось спускать с четвёртого этажа и так три дня.

У меня чувство, будто я живу на свалке, очень трудно впихнуть одну квартиру в ещё две.

Из-за некомфортный для меня условий не сплю почти четвёртый день, вся комната завалена вещами и я понятия не имею по каким углам их раскидать.
Ещё волнуюсь за свою кошку.
­­Она испытала дичайший стресс и я вместе с ней. Булочка двое суток находилась в состоянии неконтролируемого шока и пугается­­ любых посторонних шумов, не выходит с комнаты, да и из под дивана тоже не вылезает, ночью удаётся ее вытащить и положить со мной под одеяло. Она тут же расслабляется и засыпает, а я боюсь шелохнутся и напугать её.
К тому же дома живут и другие любимцы. Мамин кот - Симон и папина собака - Берик, моя Булочка была крайне удивлена, мягко говоря, когда их увидела. Обитатели дома были удивлены чуть меньше.
Собаку я стараюсь в комнату вообще не пускать, хотя знаю, как он ночью любит по разным кроватям спать, и моя Булочка его очень боится, а вот Сима только на второй день заметил, что тут появился кто-то ещё. Днем он обнаружил Булочку под кроватью, они посидели, помуркали и вроде бы мирно разошлись. На третью ночь она всё-таки смогла выйти, а я опять не сплю, просто по тому, что хочу за неё наблюдать.
Сначала со страхом, но позже уже увереннее, она изучила мою комнату и, полагаю, что в дальнейшем она будет проводить здесь большую часть своего времени.
А я начинаю адаптироваться к жизни с родителями. Сегодня, когда я проснулась ранним утром, меня на столе ждал завтрак - манная каша.
Безумно её люблю, а приготовленная мамой, она становится вдвойне вкуснее, мне было уютно и тепло.
И стоит сказать, что в родительском доме гораздо теплее, чем у меня в квартире, я уже не хожу в десяти кофтах, и не сижу постоянно под обогревателем, а спокойно передвигаюсь в легкой футболке и шортах.
­­
Так же уже распланировала, где и с кем проведу Новый год. Меня, неожиданно, позвали Алёна и Женя отмечать с ними и их друзьями, немного волнуюсь, что будут незнакомые люди, но это уже пустяки. Вот и мои первые шаги к социализации!
И я по-тихоньку составляю для себя цели на 2019 год. Никогда раньше этого не делала, но следующий год станет для меня решающим, и мне надо будет четко сформулировать то, чего я собираюсь добиться.
Все оставшаяся время до Нового года я собираюсь провести реабилитируясь от стресса и других неприятных штук. Буду смотреть Новогодние фильмы, много играть и вкусно кушать! Да и уже готовлюсь украшать дом. [Это все будет только после того, как мы разгребем все оставшиеся вещи]


Категории: .thoughts
Джером Сэлинджер "Человек, который смеялся" chigurh в сообществе Moramo 04:43:04

Homo Agens

В 1928 году — девяти лет от роду — я был членом некой организации, носившей название Клуба команчей, и привержен к ней со всем esprit de corps. Ежедневно после уроков, ровно в три часа, у выхода школы №165, на Сто девятой улице, близ Амстердамского авеню, нас, двадцать пять человек команчей, поджидал наш Вождь. Теснясь и толкаясь, мы забирались в маленький «пикап» Вождя, и он вез нас согласно деловой договоренности с нашими родителями в Центральный парк. Все послеобеденное время мы играли в футбол или в бейсбол, в зависимости — правда, относительной — от погоды. В очень дождливые дни наш Вождь обычно водил нас в естественно-историч­еский музей или в Центральную картинную галерею.

По субботам и большим праздникам Вождь с утра собирал нас по квартирам и в своем доживавшем век «пикапе» вывозил из Манхэттена на сравнительно вольные просторы Ван-Кортлендовского­ парка или в Палисады. Если нас тянуло к честному спорту, мы ехали в Ван-Кортлендовский парк: там были настоящие площадки и футбольные поля и не грозила опасность встретить в качестве противника детскую коляску или разъяренную старую даму с палкой. Если же сердца команчей тосковали по вольной жизни, мы отправлялись за город в Палисады и там боролись с лишениями. (Помню, однажды, в субботу, я даже заблудился в дебрях между дорожным знаком и просторами вашингтонского моста. Но я не растерялся. Я примостился в тени огромного рекламного щита и, глотая слезы, развернул свой завтрак — для подкрепления сил, смутно надеясь, что Вождь меня отыщет. Вождь всегда находил нас.)

В часы, свободные от команчей, наш Вождь становился просто Джоном Гедсудским со Стейтон-Айленд. Это был предельно застенчивый, тихий юноша лет двадцати двух — двадцати трех, обыкновенный студент-юрист Нью-Йоркского университета, но для меня его образ незабываем. Не стану перечислять все его достоинства и добродетели. Скажу мимоходом, что он был членом бойскаутской «Орлиной стаи», чуть не стал лучшим нападающим, почти что чемпионом американской сборной команды 1926 года, и что его как-то раз весьма настойчиво приглашали попробовать свои силы в нью-йоркской бейсбольной команде мастеров. Он был самым беспристрастным и невозмутимым судьей в наших бешеных соревнованиях, мастером по части разжигания и гашения костров, опытным и снисходительным подателем первой помощи. Мы все, от малышей до старших сорванцов, любили и уважали его беспредельно.

Я и сейчас вижу перед собой нашего Вождя таким, каким он был в 1928 году. Будь наши желания в силах наращивать дюймы, он вмиг стал бы у нас великаном. Но жизнь есть жизнь, и росту в нем было всего каких-нибудь пять футов и три-четыре дюйма. Иссиня-черные волосы почти закрывали лоб, нос у него был крупный, заметный, и туловище почти такой же длины, как ноги. Плечи в кожаной куртке казались сильными, хотя и неширокими, сутуловатыми. Но для меня в то время в нашем Вожде нерасторжимо сливались все самые фотогеничные черты лучших киноактеров — и Бака Джонса, и Кена Мейнарда, и Тома Микса.
Подробнее…
К вечеру, когда настолько темнело, что проигрывающие оправдывались этим, если мазали или упускали легкие мячи, мы, команчи, упорно и эгоистично эксплуатировали талант Вождя как рассказчика. Разгоряченные, взвинченные, мы дрались и визгливо ссорились из-за мест в «пикапе», поближе к Вождю. В «пикапе» стояли два параллельных ряда соломенных сидений. Слева были ещё три места — самые лучшие: с них можно было видеть даже профиль Вождя, сидевшего за рулем. Когда мы все рассаживались, Вождь тоже забирался в «пикап». Он садился на свое шоферское место, лицом к нам и спиной к рулю, и слабым, но приятным тенорком начинал очередной выпуск «Человека, который смеялся». Стоило ему начать — и мы уже слушали с неослабевающим интересом. Это был самый подходящий рассказ для настоящих команчей. Возможно, что он даже был построен по классическим канонам. Повествование ширилось, захватывало тебя, поглощало все окружающее и вместе с тем оставалось в памяти сжатым, компактным и как бы портативным. Его можно было унести домой и вспоминать, сидя, скажем, в ванне, пока медленно выливается вода.

Единственный сын богатых миссионеров, Человек, который смеялся, был в раннем детстве похищен китайскими бандитами. Когда богатые миссионеры отказались (из религиозных соображений) заплатить выкуп за сына, бандиты, оскорбленные в своих лучших чувствах, сунули голову малыша в тиски и несколько раз повернули соответствующий винт вправо. Объект такого, единственного в своем роде, эксперимента вырос и возмужал, но голова у него осталась лысой, как колено, грушевидной формы, а под носом вместо рта зияло огромное овальное отверстие. Да и вместо носа у него были только следы заросших ноздрей. И потому, когда Человек дышал, жуткое уродливое отверстие под носом расширялось и опадало, в моем представлении, словно огромная амеба. (Вождь скорее наглядно изображал, чем описывал, как дышал Человек). При виде страшного лица Человека, который смеялся, непривычные люди с ходу падали в обморок. Знакомые избегали его. Как ни странно, бандиты не гнали его от себя — лишь бы он прикрывал лицо тонкой бледно-алой маской, сделанной из лепестков мака. Эта маска не только скрывала от бандитов лицо их приемного сына — благодаря ей они всякий раз знали, где он находится: по вполне понятной причине от него несло опиумом.

Каждое утро, страдая от одиночества, Человек прокрадывался (конечно, грациозно и легко, как кошка) в густой лес, окружавший бандитское логово. Там он дружил со всяким зверьем: с собаками, белыми мышами, орлами, львами, боа-констрикторами, волками. Мало того, там он снимал маску и со всеми зверями разговаривал мягким, мелодичным голосом на их собственном языке. Им он не казался уродом.

Вождю понадобилось месяца два, чтобы дойти до этого места в рассказе. Но отсюда он стал куда щедрее разворачивать события перед восхищенными команчами.

Человек, который смеялся, был мастером подслушивать и вскоре овладел всеми самыми сокровенными тайнами бандитской профессии. Но об этих приемах он был не слишком высокого мнения и незамедлительно изобрел собственную, куда более эффективную систему: сначала изредка, потом чаще он стал разгуливать по Китаю, грабя и оглушая людей, — убивал он только в случае крайней необходимости. Своими изворотливыми и хитрыми преступлениями, в которых, как ни удивительно, проявлялось его исключительное благородство, он завоевал прочную любовь простого народа. Как ни странно, его приемные родители (те самые бандиты, которые толкнули его на стезю преступлений) узнали о его подвигах чуть ли не последними. А когда узнали, их охватила черная зависть. Ночью они гуськом продефилировали мимо постели Человека, думая, что, одурманенный ими, он спит глубоким сном, и по очереди вонзали в тело, покрытое одеялами, свои ножи-мачете. Но жертвой оказалась мамаша главаря банды, чрезвычайно сварливая и неприятная особа. Этот случай только распалил бандитов, жаждавших крови Человека, который смеялся, и в конце концов ему пришлось запереть свою банду в глубокий, но вполне комфортабельно обставленный мавзолей. Изредка они удирали оттуда и мешали ему жить, но все же убивать их он не желал. (Эта его нелепая жалостливость бесила меня до чертиков).

Вскоре Человек, который смеялся, стал регулярно пересекать китайскую границу, попадая прямо в Париж, французский город, где он при всей своей скромности любил с гениальной изобретательностью изводить некоего Марселя Дюфаржа, всемирно известного сыщика, чахоточного, но весьма остроумного господина. Дюфарж и его дочка (очаровательная, хоть и двуличная девица) стали злейшими врагами Человека. Много раз они пытались провести и поймать его. Человек вначале поддавался им из чисто спортивного интереса, но потом исчезал без следа, так что никто не мог догадаться, каким образом он удрал. Только изредка он оставлял прощальную записочку в системе парижской канализации, и она незамедлительно доставлялась Дюфаржу в собственные руки. Семья Дюфаржей проводила невероятное количество времени, шлепая по трубам парижской канализации.

Вскоре Человек, который смеялся, стал единоличным владельцем самого грандиозного состояния в мире. Большую часть он анонимно пожертвовал монахам одного местного монастыря — смиренным аскетам, посвятившим жизнь дрессировке немецких овчарок. Остатки своего богатства Человек вкладывал в бриллианты, он небрежно опускал их в изумрудных сейфах на дно Черного моря. Личные его потребности были до смешного ограничены. Он питался исключительно рисом с орлиной кровью и жил в скромном домике, с подземным тиром и гимнастическим залом, на бурном береге Тибета. С ним жили четверо беззаветно преданных сообщников: легконогий гигант волк, по прозванию Чернокрылый, симпатичный карлик, по имени Омба, великан монгол, по имени Гонг (язык ему выжгли белые люди), и несказанно прекрасная девушка-евразийка, которая из неразделенной любви к Человеку и постоянного страха за его личную безопасность иногда не брезговала даже нарушением законности. Человек отдавал распоряжения своей команде из-за черной шелковой ширмы. Даже Омбе, симпатичному карлику, не надо было видеть его лицо.

Я мог бы буквально часами — не бойтесь, не буду! — водить вас, читатель, насильно, если понадобится, взад и вперед, через китайско-парижскую границу. До сих пор я считаю Человека, который смеялся, кем-то вроде своего героического предка, ну, скажем, Роберта Э. Ли. Но эти нынешние мечты и сравнить нельзя с теми, что владели мною в 1928 году, когда я считал себя не только прямым потомком Человека, но и его единственным живым и законным наследником. В том, 1928 году я был вовсе не сыном своих родителей, но дьявольски хитрым самозванцем, выжидавшим малейшего просчета с их стороны, чтобы тут же, лучше без насилия, хотя и оно не исключалось, открыть им свое истинное лицо. Но, не желая разбить сердце своей мнимой матери, я предполагал наградить её в моем преступном мире каким то, пока неопределенным, но, несомненно, королевским званием. Однако самым главным для меня в 1928 году была постоянная бдительность. Играть им всем на руку. Чистить зубы, причесываться. Изо всех сил скрывать свой природный, дьявольски жуткий смех.

В действительности я был далеко не единственным живым потомком и законным наследником Человека, который смеялся. В клубе было двадцать пять команчей, двадцать пять живых потомков и законных наследников Человека, и мы все зловещими незнакомцами кружили по городу, чуя возможного врага в каждом лифте, сдавленным, но отчетливым шепотом отдавали приказания на ухо своему спаниелю и, вытянув указательный палец, брали на мушку учителей арифметики. И напряженно, неустанно выжидали, когда же наконец представится случай вселить ужас и восхищение в чью-то простую душу.

Однажды, в февральский день, открывший сезон бейсбола для команчей, я узрел новое украшение в машине нашего Вождя. Над зеркальцем ветрового стекла появилась маленькая фотография девушки в студенческой шапочке и мантии. Мне показалось, что эта фотография нарушает общий, чисто мужской стиль нашего «пикапа», и я прямо спросил Вождя, кто это такая. Сначала он помялся, но наконец открыл мне, что это девушка. Я спросил, как её зовут. Помедлив, он нехотя ответил: «Мэри Хадсон». Я спросил: в кино она, что ли? Он сказал — нет, она училась в университете, в Уэлсли-колледже. После некоторого размышления он добавил, что Уэлсли-колледж — очень знаменитый колледж. Я спросил его — зачем ему эта карточка тут, в нашей машине? Он слегка пожал плечами, словно хотел, как мне показалось, создать впечатление, что фотографию ему вроде как бы навязали.

Но в ближайшие две-три недели эта фотография, силой или случаем навязанная нашему Вождю, так и оставалась в машине. Её не выметали ни с конфетными бумажками, где был изображен Бэб Рут, ни с палочками от леденцов. И мы, команчи, как-то к ней привыкли. Постепенно мы её стали замечать не больше чем спидометр.

Но однажды по дороге в парк Вождь остановил машину на Пятой авеню в районе Шестидесятых улиц, более чем в полумили от нашей бейсбольной площадки. Двадцать непрошеных советчиков тут же потребовали объяснений, но Вождь промолчал. Вместо ответа он принял обычную позу рассказчика и не ко времени стал нас угощать продолжением истории Человека, который смеялся. Но не успел он начать, как в дверцу машины постучались. В тот день все рефлексы нашего Вождя были молниеносными. Он буквально перевернулся вокруг собственной оси, дернул ручку дверцы, и девушка в меховой шубке забралась в наш «пикап».

Сразу, без раздумья, я вспоминаю только трех девушек в своей жизни, которые с первого же взгляда поразили меня безусловной, безоговорочной красотой. Одну я видел на пляже в Джонс-Бич в 1936 году — худенькая девочка в черном купальнике, которая никак не могла закрыть оранжевый зонтик. Вторая мне встретилась в 1939 году на пароходе, в Карибском море, — она ещё бросила зажигалку в дельфина. А третьей была девушка нашего Вождя — Мэри Хадсон.

— Я очень опоздала? — спросила она, улыбаясь Вождю.

С тем же успехом она могла бы спросить: «Я очень некрасивая?»

— Нет! — сказал наш Вождь. Растерянным взглядом он обвел команчей, сидевших поблизости от него, и подал знак — уступить место. Мэри Хадсон села между мной и мальчиком по имени Эдгар — фамилии не помню — у его дяди лучший друг был бутлегером. Мы потеснились ради нее как только могли. Машина двинулась, вильнув, будто её вел новичок. Все команчи, как один человек, молчали.

На обратном пути к нашей обычной стоянке Мэри Хадсон наклонилась к Вождю и стала восторженно отчитываться перед ним — на какие поезда она опоздала и на какой поезд попала; жила она в Дугластоне, на Лонг-Айленде.

Наш Вождь очень нервничал. Он не только никак не поддерживал разговор, он почти не слушал, что она говорила. Помню, что головка с рычага переключения передач отлетела у него под рукой.

Когда мы вышли из «пикапа», Мэри Хадсон тоже увязалась за нами. Не сомневаюсь, что, когда мы подошли к бейсбольной площадке, на лицах всех команчей читалась одна мысль: «Есть же такие девчонки, не знают, когда им пора убираться домой!» И в довершение всего, именно в ту минуту, как мы с другим команчем бросали монетку, чтобы разыграть поле между команчами, Мэри Хадсон робко выразила желание принять участие в игре. Ответ был более чем ясен. До этой минуты команчи с недоумением смотрели на эту особу женского пола, теперь в их взглядах вспыхнуло возмущение. Она же улыбнулась нам в ответ. Мы несколько растерялись. Тут вступился наш Вождь, проявив скрытую ранее способность теряться в некоторых обстоятельствах. Отведя Мэри Хадсон в сторону, чтобы не слышали команчи, он безуспешно пытался поговорить с ней серьезно и внушительно.

Но Мэри Хадсон прервала его, и её голос отчетливо услышали все команчи.

— Но раз мне хочется! — сказала она. — Мне в самом деле хочется поиграть!

Вождь кивнул и снова стал её убеждать. Он показал на поле, мокрое, все в ямах. Он взял биту и продемонстрировал, какая она тяжелая.

— Все равно! — громко сказала Мэри Хадсон. — Зря я, что ли, приехала в Нью-Йорк, будто бы к зубному врачу, и все такое. Нет, я хочу играть!

Вождь снова покачал головой, но сдался. Он медленно подошел туда, где ждали Смельчаки и Воители — так назывались наши команды, — и посмотрел на меня. Я был капитаном Воителей. Он напомнил мне, что мой центральный принимающий сидит дома больной, и предложил в качестве замены Мэри Хадсон. Я сказал, что мне замена вообще не нужна. А Вождь сказал, а почему, черт подери? Я остолбенел. Впервые в жизни Вождь при нас выругался. Хуже того, я видел, что Мэри Хадсон мне улыбается. Чтобы прийти в себя, я поднял камешек и метнул его в дерево.

Мы подавали первые. Сначала центральному принимающему делать было нечего. Из первого ряда я изредка ог